Крым на Перекоп.Инфо » История

Борьба идей на Перекопе – 1920 год

Kosten — Thu, 19 Nov 2009 14:59:59 +0000

При пересечении автодороги из Каховки в Крым с Перекопским валом сооружен довольно оригинальный памятник, посвященный трем штурмам Перекопа. I штурм состоялся в далеком 1920-м году – красные атакуют, белые защищаются, далее будет Великая Отечественная война, будет Красная Армия против немцев и румын, еще позже будет трудовой штурм, но сегодня разговор о начале прошлого века.

Памятник - Три штурма Перекопа

8 ноября 2010 года исполнится 90 лет со дня первого штурма Перекопа. Разумеется, штурмов в истории Турецкого вала было гораздо больше трех. Речь, разумеется идет о тех штурмах, об увековечении памяти о которых заботилось советское государство.

Гражданская война, вызванная в Российской империи известными событиями 1917 года, в 1920 году близилась к своему завершению. Штурмом перекопских укреплений заканчивается последний этап борьбы на Врангелевском фронте, последнем крупном фронте Гражданской войны. Украина располагала мощными хлебными резервами. Но наличие в Украине войск Врангеля и широко развитого повстанческого движения в украинской деревне вычеркивало “украинский хлеб” из продовольственных фондов страны Советов. Близость Врангеля к промышленному Донецко-Криворожскому региону парализовала работу этой единственной в ту пору угольно-металлургической базы.

Стоит отметить, что уже в августе 1920 года правительство Врангеля было официально признано Францией. В сентябре в Крыму были уже миссии всех важнейших капиталистических государств, включая и отдаленную Японию и США.

Организатором изгнания войск генерала П.Н. Врангеля из Северной Таврии и Крыма был большевик М.В. Фрунзе, командующий в это время Южным фронтом. Борьбу с врангелевцами Фрунзе вел совместно с Повстанческой армией батьки Махно (Н.И. Махно), с которым в октябре 1920 г. подписал соглашение о единстве действий против белых войск и установил хорошие личные отношения.

Красный нарком П.Н. Фрунзе

Поскольку идеи большевизма, как декларативно-пропагандистские, так и фактические, хорошо известны, несколько остановимся на идеях их крымского оппонента.
5 июля 1920 г. в газете «Великая Россия» было помещено интервью корреспондента газеты Н.Н. Чебышева с генералом П.Н. Врангелем.

«За что мы боремся?»

- На этот вопрос, – заявил генерал Врангель, – может быть только один ответ: мы боремся за свободу. По ту сторону нашего фронта, на севере, царит произвол, угнетение, рабство. Можно держаться самых разнообразных взглядов на желательность того или иного государственного строя, можно быть крайним республиканцем, социалистом и даже марксистом, и все-таки признавать так называемую советскую республику образцом самого небывалого зловещего деспотизма, под гнетом которого погибает Россия, и даже новый ее, якобы господствующий, класс пролетариата, придавленный к земле, как и все остальное население. Теперь это не составляет тайны и в Европе. Над советской Россией приподнята завеса. Гнездо реакции в Москве. Там сидят поработители, трактующие народ, как стадо. Только слепота и недобросовестность могут считать нас реакционерами. Мы боремся за раскрепощение народа от ига, какого он не видел в самые мрачные времена своей истории.

В Европе долге время не понимали, но теперь, по-видимому, начинают уже понимать то, что мы ясно сознаем: все мировое значение нашей домашней распри. Если наши жертвы пропадут даром , то европейскому обществу, европейской демократии придется самим встать на вооруженную защиту своих культурных и политических завоеваний против окрыленного успехом врага цивилизации.

- Я всей душой жажду прекращения гражданской войны. Каждая капля пролитой русской крови отзывается болью в моем сердце. Но борьба неизбежна, пока сознание не прояснилось, пока люди не поймут, что они борются против себя, против своих прав на самоопределение, пока в России не установится настоящая государственная власть, основанная на началах законности, обеспеченности личных и имущественных прав, на началах уважения к международным обязательствам; в Европе никогда не наступит ни прочного мира, ни улучшения экономических условий. Невозможно будет заключить ни одного мало-мальски прочного международного соглашения и ни о чем как следует договориться. Дело Русской Армии в Крыму – великое освободительное движение. Это священная война за свободу и право.

Барон Петр Николаевич Врангель (15.08.1878 — 25.04.1928) — русский, генерал, георгиевский кавалер, главнокомандующий Русской Армией в Крыму (1920 г.) – выступал за федеративное устройство будущей России. Склонялся к признанию политической самостоятельности Украины. Разработал ряд законодательных актов по аграрной реформе, в том числе «Закон о земле», принятый правительством 25 мая 1920 г. Он признал законным захват крестьянами помещичьих земель в первые годы революции (правда, за определенный взнос в пользу государства). Провел ряд административных реформ в Крыму, а также реформу местного самоуправления. Обнародовал ряд указов по областной автономии казачьих земель.

Портрет генерала Врангеля

Переговоры с большевиками, на которых настаивало Британское правительство, поддерживавшее белых, были абсолютно неприемлемы и даже оскорбительны для Белого командования. Было принято решение продолжать борьбу до конца. Успехи Врангеля летом 1920 года встревожили большевиков. Советская печать била тревогу, призывая уничтожить «засевшего в Крыму барона», загнать его в «в крымскую бутылку».

В сентябре 1920 г. врангелевцы были разбиты красными под Каховкой. В ночь на 8 сентября Красная армия начала генеральное наступление, целью которого было взятие Перекопа и Чонгара и прорыв в Крым.

Атака перекопских позиций.

Карта штурма Перекопа 1920 год

Бой завязался 8 ноября на рассвете на подступах к Литовскому полуострову. Переправившись ночью через Сиваш, авангарды 52-й и 15-й стрелковых дивизий подошли незаметно на 1 км к Литовскому полуострову. Здесь они уже были обнаружены противником и ввязались в бой за северные выходы этого полуострова. К 7 часам красноармейцы преодолели сопротивление Кубанской бригады белых и заняли всю северную часть полуострова. Около 8 часов красные заняли весь Литовский полуостров.

К 10 часам белые ввели в бой ближайшие резервы и перешли в контратаку Дроздовской бригадой от Армянска на Караджанай, а частями II корпуса от Карповой балки на южные выходы с полуострова. Контратака первоначально удалась, части красных были потеснены, но затем красные восстановили положение. Турецкий вал, являющийся основой линии укреплений, оказался под решительной угрозой с тыла.

С утра из-за густого тумана артиллерия не могла начать артподготовку. Только к 9 часам артподготовка началась. К 13 часам части 51-ой стрелковой дивизии пытались выдвинуться к проволочным заграждениям, но огневая система белых оказалась ненарушенной . Артподготовка была продлена на час. Между тем уже к 13 часам артиллерия стала ощущать недостаток снарядов. Расчет стрельбы был сделан до 12 часов, стрелять же пришлось значительно дольше, а подвезти снаряды оказалось невозможным из-за совершенно открытого тыла. Части 15-ой и 52-ой стрелковых дивизии были оттеснены контратакой белых, а на тылах у них обозначился подъем воды в Сиваше (перешли Сиваш они при отливе).

В 13 час. 25 мин. частям 51-й дивизии было приказано «одновременно и немедленно атаковать Турецкий вал». В 13 час. 35 мин. части дивизии перешли в наступление, но были отбиты губительным пулеметным и артиллерийским огнем.

Около 22 час. атакующим удалось преодолеть проволочные заграждения и добраться до рва, но здесь перед проволокой, проходящей по наружному скату рва, атака вновь захлебнулась, несмотря на исключительный героизм красноармейцев. Некоторые полки понесли до 60% потерь.

Красное командование собралось на рассвете 9 ноября возобновить атаку на всем фронте. Все распоряжения по этому решению были сделаны. Но противник оценил положение иначе: в ночь с 8 на 9 ноября поспешно отошел к своим Ишуньским позициям. Его отход Красными частями был обнаружен только утром 9 ноября. Турецкий вал был взят, но противник все же ушел, хотя и надломленным, но не разбитым.

Перед боями за перешейки Крымского полуострова численность белых по разведывательным данным красных (подтвержденным впоследствии боями), составляла 9850 штыков, 7220 сабель.

Численность красных (по данным В. Трандафилова «Перекопская операция Красной Армии») составляла на Перекопском перешейке 26500 штыков и сабель. У белых на перешейке было 467 пулеметов против 487 пулеметов красных и 128 орудий против 91 орудия красных.

Впрочем, идеи не становятся истинными или ложными в зависимости от оснащения военной техникой и военных успехов.

Иван Трух.

Магнуп-Кале

Kosten — Mon, 02 Nov 2009 10:39:37 +0000

Магнуп — большая, сложенная мшанковыми известняками гора-останец, поднимающаяся над уровнем моря почти на 600 метров. Мангуп возвышается словно остров среди трех смежных долин — Каралезской, Джан-Дере и Ай-Тодорской. С трех сторон обширное Мангупское плато заканчивается скалистыми обрывами. Северный склон прорезан тремя глубокими оврагами: Капу-Дере (Воротный овраг), Гамама-Дере (Банный овраг) и Табана-Дере (Кожевенный овраг). Между оврагами четыре мыса, как бы четыре гигантских пальца, протянутых к северу.

Люди обжили плато Мангупа шесть тысяч лет назад. Кремневые орудия этого периода неоднократно встречались на городище. В I тысячелетии до н.э. здеь обитали тавры.

Во II-IV веках на Магнупе отмечается значительный приток населения. Это были беженцы из степных и предгорных районов, спасавшиеся от копий и стрел готов, а затем гуннов.

Строительство фортификаций Мангупа связано с политикой Византии в Таврике. В V веке была построена мощная крепость. Здесь господствовал город Дорос, ставший столицей княжества Феодоро. В 1475 году Мангуп пал под ударами турок.

Из архитектурных памятников Мангупа лучше всего сохранилась цитадель, расположенная на мысе Тешкли-Бурун (Дырявый мыс). С напольной стороны мыс пересечен оборонительной стеной, из нее выступает высокое трехэтажное здание, имеющее как дворцовый, так и оборонительный характер. Слева от него ворота, перекрытые сводом, через них можно пройти на территорию цитадели.

От ворот цитадели наш путь лежит к оконечности мыса. Слева от тропы, напротив ворот, расположены остатки небольшой восьмигранной в плане церкви.

По восточному обрыву Дырявого мыса тянутся многочисленные пещерные казематы, из них хорошо видна старая колесная дорога, ведущая к главным воротам города. Несколько таких казематов есть и на западном обрыве мыса. Они были устроены для того, чтобы поражать неприятеля сверху по мере его продвижения к воротам.

Ближе к оконечности мыса, в цепи казематов восточного обрыва, находилась пещерная церковь. С плато в нее ведет прорубленная в скале лесенка.

Последние жители Мангупа покинули его недавно: всего два столетия назад. Триста лет они растаскивали камень руин для своих частных и мелких дел; так многие интересные строения исчезли бесследно.

«Ничто ни в какой части Европы не превосходит необыкновенного величия этого места!» – сказал о Мангупе английский путешественник XVIII века Эдуард Кларк.

Находится описываемое место на Мангупском плато (гора Баба-Кая) в Бахчисарайском районе вблизи села Ходжа-Сала.

Музей холодной войны в Балаклаве

Yulia Samarina — Sat, 31 Oct 2009 08:31:23 +0000

Военно-морской музейный комплекс (или Музей «холодной войны», как его называют местные жители), а когда-то секретный объект ГТС №825, расположен в Балаклаве.

Балаклава, Крым

В 15км к югу от Севастополя в небольшой, закрытой со всех сторон бухте расположился этот небольшой, древний (2500 лет) и легендарный поселок – Балаклава. Об уникальности его судите сами:

Первой базой русских судов в Крыму стала Балаклавская бухта во время Русско-турецкой войны 1768-1774гг. Отсюда (за 10 лет до основания Севастополя) в 1773г. в Ахтиарскую бухту (ныне – Севастопольскую) отправилась специальная бригада для составления первых подробных карт для будущего порта.
Первая в Крыму железная дорога с паровой тягой была построена англичанами в Балаклаве во время осады Севастополя 1854-1855гг. Длина дороги составляла почти 13км (8миль). Проложена она была за два месяца, а по окончании военных действий продана туркам.
Первые в мире военные снимки (360шт.) были сделаны в Балаклаве первыми же в мире военными фотокорреспондентами: придворным фотографом королевы Великобритании Роджером Фентоном и фотографом английской армии Джеймсом Робертсоном.
Первая в мире сестра милосердия Флоренс Найтингейл была в Балаклаве трижды (с апреля 1855г. по июнь 1856г.).
Первые поисковые подводные работы проведены были в Балаклаве специально созданной там же в 1923г. советской ЭПРОН (экспедицией подводных работ особого назначения).
Первый морской водолазный техникум в бывшем Советском Союзе был создан также в Балаклаве в 1931г.
Первая в мире междугородная трамвайная линия, соединившая Севастополь с Балаклавой, была проложена в 1926г. (разрушенная во время войны, уже не восстанавливалась).
Первая в СССР ветроэлектрическая станция (ВЭС) была построена в Балаклаве на Караньских высотах в 1931г. (на ту пору она была самой большой в Европе).
И, наконец, первая и единственная в мире подземная гавань (подземный завод) для ремонта субмарин – «Объект №825 ГТС», о котором теперь более подробно.

Удобную и отлично зарекомендовавшую себя в годы Великой Отечественной войны балаклавскую бухту сразу же после победы военными специалистами задумано было использовать для обслуживания подводных лодок Черноморского флота. Разработка проекта этого тут же засекреченного объекта была поручена ленинградскому институту «Гранит». Задание было выполнено блестяще, так что даже заслужило одобрения лично Иосифа Сталина. В нем военные инженеры предлагали оригинальную идею использования естественного рельефа местности, построив подземный комплекс площадью 10кв.км (!) прямо в горе, возвышающейся на 120м над западным берегом Балаклавской бухты.

Музей холодной войны в Балклаве, объект ГТС №825

Стержнем (или как сказали бы сейчас, «фишкой») комплекса был туннель длиной 608м. Предполагалось, что подлодки, войдя незаметно, под водой, в бухту, должны были пройти по нему в сам комплекс, где затем, получив ремонт и пополнив боезапас, так же незамеченными и уже другим ходом снова выйти в открытое море для выполнения военных задач.

Сооружение этого секретного объекта, зашифрованного под литерами ГТС №825, вели в течение десяти лет (с 1953г. по 1963г.) не только военные строители Черноморского флота, но и мирные метростроевцы из Москвы, Ленинграда, Киева и Тбилиси (естественно, под подписку о неразглашении; точно так же обязаны были хранить военную тайну и все жители Балаклавы и Севастополя, оформленные на работу «на стратегический объект»).

Кроме технических функций, это подземное сооружение должно было стать в случае ядерной атаки и достаточно серьезным бомбоубежищем как для подлодок, так и для 1,5тыс. человек обслуживающего персонала вместе с жителями поселка (в автономном режиме, то есть со своим освещением и вентиляцией, а также с необходимым запасом продовольствия, питья и медикаментов, люди могли пробыть здесь до 30 суток).

Вход на секретный объект ГТС №825

Специально разработанные стены, в ряде мест доходившие до толщины 3-х метров(!), должны были при необходимости выдержать удар как минимум стокилотонной атомной бомбы; внутри так же было предусмотрено несколько противоатомных заграждений. Естественно, что вход и выход, находившиеся в разных местах, были так ловко устроены в целях маскировки, что их не видно было ни при заходе в бухту, ни с противоположного берега (в саму же Балаклаву все эти годы можно было попасть только по спецпропускам).

Балаклавская бухта

Ворота в подземный коридор (так называемую «потерню») были изготовлены из дорогого алюминиево-титанового сплава. Каждая их створка весила 10т и открывалась уж конечно не руками охраны, а специальным гидравлическим приводом. Раз и навсегда установленные, их невозможно было ни снять, ни разобрать (и это к счастью, так как, исключительно, поэтому они и по сей день стоят целехонькими). Открывались ворота только по приказу и только для пропуска транспортных средств, причем в основном в ночное время. Сначала подлодка подходила к ним скрытно, под водой, затем с помощью специальных механизмов на полметра поднимался понтонный мост и отводился в сторону, освобождая ей путь дальше по каналу. Открывались ворота. В недрах ожидал еще один 150-тонный заслон с электроприводом и только за ним уже находился сухой док длиной 102м, из которого в течение нескольких часов выкачивалась морская вода, после чего лодка становилась на стапеля и ремонтная бригада могла приступать к работе.

Музей холодной войны изнутри

После завершения ремонта канал снова заполнялся водой, и субмарина могла отправляться на выход в горловину бухты. Всего в подземном канале могло находиться одновременно 6 малых или 3 средних подводных лодки. Большие же лодки обслуживались только на морских заводах Севастополя. К слову сказать, атомных подводных лодок у Черноморского флота никогда не было, а в хранилище был только атомный боезапас.

Противоатомные двери объекта ГТС 825

Вся секретная деятельность вышеописанного объекта продолжалась ни много ни мало почти 30 лет и лишь с развалом Советского Союза в 1991г. бесславно завершилась. Когда же последняя подлодка Российского Флота покинула Балаклавскую бухту, начался демонтаж самого объекта №825, продлившийся вплоть до 1994г. После чего охрана с объекта была снята, а все, что осталось, фактически было предоставлено… на разграбление (что характерно, не помогли даже закрытые противоатомные двери, хотя именно их так и не смогли вывезти – силенок не хватило). Местные власти обращались неоднократно к президенту Украины, чтобы прекратить этот «разбой среди бела дня», но реакция последовала лишь через 10 лет (!).

Подземные тоннели музея холодной войны

Только с 2004г. объект наконец-то был взят под охрану МВД. А незадолго до этого, с 1 июня 2003г., ему был определен статус Музейного комплекса (ну да, когда в нем уже практически ничего, кроме стен и знаменитых ворот, не осталось). Но нашлись люди, которые, сплотившись вокруг идеи создания в Балаклаве военного музея и достопримечательности мирового уровня, уже несколько лет неустанно собирают экспонаты, восстанавливают освещение, делают макеты, проводят экскурсии и мечтают… Мечтают к 2010г. достойно завершить создание достаточно полной и интересной экспозиции к истории черноморских субмарин и этой единственной в мире подземной гавани-заводу. Спасибо им! Удач и успехов!

Мемориал Великой Отечественной войны, ГТС 825

В каком бы городе Крыма вы ни отдыхали, если в экскурсионном бюро вам на глаза вдруг попадется маршрут в Балаклаву с посещением Военного музея – берите билет и смело отправляйтесь в путь (особенно если вы с детьми). Маленькая Балаклава, спрятанная в уютной бухте, всегда рада гостям. На набережной вам поведают ее историю и историю развалин на холме – средневековой крепости Чембало. Напомнят о хитроумном Одиссее, сумевшем уйти от Циклопа (ведь легендарная бухта Листригонов – одноглазых великанов – это тоже здесь!). Расскажут, почему во времена Крымской войны ее называли «Маленьким Лондоном». Покажут заповедные мысы Айя и Фиолент, а также самый высокий маяк на территории СНГ – Инкерманский маяк (высота его огня над уровнем моря 196м!). Проведут по самой высокой каменной лестнице в Крыму, что у Балаклавского Свято-Георгиевского монастыря (почти 700 ступеней, а когда-то их было 891, ибо год постройки ее – 1891-й). Если повезет – позволят искупаться на уникальном Яшмовом пляже или выйти на ялике в открытое море. А потом, в конце концов, запах жареной черноморской ставридки или камбалы непременно сманит вас в один из ресторанчиков на набережной и вам можно будет только позавидовать…

Автор: Юлия Самарина (использованы материалы книги В.Шавшина «Балаклава»)

Царский курган в Керчи – шедевр античного зодчества

Kosten — Wed, 26 Aug 2009 13:18:30 +0000

Царский курган — памятник погребальной архитектуры IV века до н.э. – шедевр античного зодчества, расположен на юго-западном склоне холмистой гряды в пяти километрах на северо-восток от Керчи. Сооружен на естественном холме.

Исследование Царского кургана было начато в октябре 1833 г. Раскопки продолжались в общей сложности девять лет. Знаменитый склеп Царского кургана был вскрыт в феврале 1837 г.

Архитектура Царского кургана отличается интересными конструктивными решениями, опередившими свое время. Крытый коридор — дромос, длиной 37 м, ведущий к квадратной погребальной камере, устроен таким образом, что несет определенную смысловую нагрузку, отвечающую назначению сооружения.
У входа в камеру легкое расширение дромоса создает иллюзию укороченной перспективы, поэтому путь к склепу кажется более коротким. А при взгляде из камеры перспективный эффект «работает» наоборот, удлинняя и сужая выход из гробницы.

Непосредственно у Царского кургана посетители могут ознакомиться с частью лапидарной коллекции музея.
Историко-архитектурные достоинства Царского кургана, несомненно, позволяют отнести его к памятникам архитектуры мирового значения. С ним знакомятся ежегодно десятки тысяч посетителей.

Херсонес и крещение Руси

Svift — Sat, 08 Aug 2009 14:13:35 +0000

«Десницею Всевышнего укреплен, идольскую прелесть отринул еси, славнее, и святым Крещением просветяся, светом познания Христова Землю Русскую озарил еси».

Надпись над частицей мощей Св.Владимира в храме в Херсонесе.

Своим ландшафтом горный Крым сильно напоминает Афонский полуостров в Греции, и поэтому христиане его часто называют Малым Афоном. А пещерный тип монастырей, которым он изобилует, появился, исходя из условий мест, именно в Тавриде, и только позже был перенесен на Днепр, в Киев (знаменитые Лаврские «печеры») и другие места Руси. Так что фактически «родословная» их началась в Крыму, в седой старине, которая просияла всему православному миру подвигами благочестия целого сонма монахов, смиренных отшельников и пещерников.

Херсонес и крещение Руси

На ранней заре христианства, с прибытием в Таврику в Iв. святого апостола Андрея Первозванного, святителя Климента Римского (см.статью на нашем сайте) и их учеников, была здесь основана и утверждена Православная церковь. Например, к 212 году историки относят основание г.Сурожа (Судака), вокруг которого было устроено сразу семь монастырей. В Херсонесе и его пределах поочередно подвизались семь святителей (их так и называют: семь херсонских святителей).

Владимирский собор, мыс Херсонес, Крым

Именно этим подвижникам приписывается основание пещерных обителей на Таврической земле, остатки которых сохранились доныне в разных уголках горного Крыма. Одни из них расположены на отдельных скалах, как то: Шулдан, Мармара (близ с.Терновки), Кыз-Кермен, Тепе-Кермен, Черкес-Кермен, Эски-Кермен. Встречались обители и близ городов: в Инкерманской (Святоклиментьевский) и Бахчисарайской (Успенский) скалах. Близ Севастопольской бухты на вершине горного выступа видны остатки старинной крепости Каламита и пещерного города Инкермана. У подножия горы приютился монастырь, возникший из пещерного храма. Эта древняя церковь была иссечена в скале самим святителем Климентом Римским, учеником апостола Петра, сосланного в Таврику из Рима за его христианско-проповедническую деятельность. Трудами Св.Климента и его учеников в Инкермане было устроено 75 храмов! Но из них к нашему времени осталась лишь одна церковь с двумя приделами: во имя апостола Андрея Первозванного и св.Мартина Исповедника – усердного защитника христианства (в 655г. он скончался здесь, в одной из инкерманских пещер, и был погребен в пещерном храме). Это старейший из всех храмов на Руси, и святыня эта была возобновлена стараниями архиепископа Херсонского и Таврического Иннокентия (Борисова) в 1852 году.

Инкерманский монастырь был и остается колыбелью христианства Тавриды. Именно отсюда стал впервые распространяться свет Евангельского учения. Здесь утвердили церковь Христову ее сильнейшие благовестники, отсюда проистекали христианские идеи добра, правды и любви к ближнему между тысячами язычников. Святитель Василий Великий выписывал из Инкермана в Каппадокию мощи святых мучеников. Здесь святые братья Кирилл и Мефодий проповедовали, обучали славянской письменности и прививали благочестие местным жителям и отсюда они повезли далее Евангелие и Псалтирь уже «руськыми письмены писаные». Здесь же они чудесным образом обрели мощи св.великомученника Климента Римского.

Неподалеку от Севастополя, у Балаклавы, на мысе Фиолент («феоленд» — означает «Божья страна») стоит Балаклавский Георгиевский монастырь, праздновавший свое тысячелетие (!) в 1891г. Здесь была устроена пещерная церковь еще во времена апостольского шествия по Таврической земле Андрея Первозванного, сохранившаяся до IXв. и послужившая основанием Георгиевскому монастырю в 891г. греческими мореплавателями, только молитвами к св.Георгию Победоносцу спасшимися от кораблекрушения. Увы, до наших дней сохранились лишь остатки величественного архитектурного ансамбля из трех храмов, некогда стоявших на этом благословенном месте… Но и здесь весной 1993г. состоялось богослужение, и на скале, на прежнем месте, был воздвигнут святой Крест (см.статью на нашем сайте).

И не мудрено, что эти святые земли стали местом крещения князя Владимира и отправной точкой христианского православия на всю Русь. Вот еще одна славная обитель – Херсонесский монастырь во имя святого равноапостольного князя Владимира, крестителя и просветителя Руси. Именно отсюда, из Херсонеса, христиане провожали ученика Христова апостола Андрея Первозванного для дельнейшей проповеди скифам. Семь священномученников украсили этот древний город своими именами. На улицах этого города пострадал за Христа святитель Климент. Здесь томился в ссылке святой митрополит Георгий Мителенский и жил в изгнании преподобный Иосиф Песнописец; тут Евстатий с 50-ю мучениками пострадал за веру. И именно этому городу предстояло прославиться в истории Руси и ее Православной Церкви. Здесь, на месте подвигов апостолов и святителей, мучеников и преподобных в конце Хв. принял Святое Крещение и Таинство Брака святой князь Владимир, и отсюда воссиял нетленный свет благодати Божией на всю Русь.

Крым, Херсонес

В 1848г. известным русским археологом графом А.Уваровым в ходе раскопок было открыто на городской площади несколько древних храмов. Была найдена и базилика (крещальня), в которой принял крещение князь Владимир. Потом здесь же был построен храм во имя Семи священномученников, а затем возведен монастырь с четырьмя храмами, главный из которых был освящен во имя святого князя Владимира. Этот храм был собственноручно заложен 23 августа 1867г. Императором Александром II. Церковь венецианского стиля имела крестообразную форму и была выстроена из инкерманского белого камня на массивных гранитных ступенях. Множество колонн из итальянского мрамора придавали этому самому большому собору Крыма особо величественный вид. На нижнем его этаже располагался храм в честь Рождества Богородицы, а в нем была стена, оставшаяся от той древней крещальни, в которой крестили св.Владимира; стена и жертвенник в алтаре так же оставались от прежней церкви. Увы, долгие годы советского времени храм стоял разграбленным и оскверненным (а во время Великой Отечественной войны он был к тому же и очень сильно разрушен).

Лишь в 2001г. собор Св.Владимира был вновь освящен, а к 2006г. – значительно восстановлен и теперь в нем, как и раньше идут богослужения. В связи с этим хочется немного подробнее остановиться на месте и времени крещения князя Владимира, ибо по этому поводу историками до сих пор ведутся споры, и, как минимум, существует две версии. Первая (и самая основательная) восходит к летописному свидетельству преподобного Нестора о том, что в 988г. князь Владимир, совершив набег на Херсонес Таврический (Корсунь), вынудил Византию выдать за него принцессу Анну, и когда она прибыла, крестился и венчался с нею. При этом крестилась и дружина князя. После этого князь Владимир с женой, дружиной, греческим духовенством прибыл в Киев, где в том же 988г. на Днепре было положено начало крещению русичей. По второй версии, высказанной профессором Е.Голубинским более ста лет назад, но до сих пор имеющей своих приверженцев, место крещения считается до сих пор неизвестным, а время его набега на Херсонес – 990г. (Это третий год после крещения. Но зачем тогда, казалось бы, князю Владимиру было нападать? Махать после драки кулаками). Основным аргументом в пользу такой версии считается некое сообщение из письменных источников о нападении на Херсонес в 990г. «тавроскифов»… Но ведь таким именем византийцы называли никак не русичей, а многоязыкое население Тавриды. Так что согласно летописям (а также другим русским, арабским и армянским источникам) и вероятнее всего дело обстояло так. В 986г. (или 987) соправители-императоры Византии Василий II и Константин обратились к князю Владимиру за военной помощью, так как на ту пору войско Византии было разгромлено болгарами (мятежный полководец Варда Склир с арабами вошел в пределы империи). Не мешкая, по договору с Византией князь Владимир в том же году отправляет войско в распоряжение империи, после чего требует исполнения второй части договора – выдачи за него замуж сестры Василия и Константина – Анны. Но в ответ князь слышит обидное ему, но вполне справедливое требование: «Крестись, и тогда пошлем сестру свою к тебе», ведь условия договора (так говорят летописные источники) с самого начала предусматривали это обстоятельство. Тем не менее, со стороны русичей начинаются препирательства: Владимир настаивает, чтобы сначала прислали Анну, а потом он крестится, Византия же стоит на своем. Но при этом шеститысячное войско русских находится в непосредственной близости от Константинополя и лишь пока на стороне Византии… От него фактически зависит судьба империи и Владимир решает, что такой момент вряд ли еще представится. Кто знает, как могут повернуться дела, если с его помощью Византия воспрянет? А вдруг передумают императоры «родниться» с ним? Князь решает всерьез заявить о себе, но сначала косвенным примером, захватив византийское крымское владение – Херсонес. И вот уже в начале 988г. из взятого города в Константинополь спешит грозный ультиматум: «…Если не отдадите ее (Анну) за меня, то сделаю столице вашей то же, что и этому городу». И Византия, так долго не желавшая кровно соединяться с язычниками-русами, уступает. Царевну Анну отправляют в Херсонес, но со священниками, иконами и церковными книгами, ибо крещение все равно остается непременным условием. И все происходит летом 988г. здесь же, в Херсонесе: князь Владимир крестится вместе со своей дружиной, после чего сразу венчается с Анной.
Так что по совокупности исторических и летописных отечественных и зарубежных сообщений местом крещения святого князя Владимира несомненно является: Крым, Херсонес, 988г. от рождества Христова.

P/S Известных пещерных монастырей в Крыму насчитывается около 20-ти. Они являют собой образец пещер афонских отшельников, которые на недоступных склонах гор устраивали свои каменные келии и добровольно несли подвиг непрестанной молитвы за весь мир. Часть из них была восстановлена в те времена, когда полуостров вошел в состав Таврической губернии Российской Империи:

Балаклавский (Георгиевский), основан в 1794г. близ Севастополя;
Инкерманский (Святого Климента), осн. в 1850г. у Севастополя;
Бахчисарайский (Успенский), основан в 1850г. под Бахчисараем;
Херсонесский (Владимирский монастырь), осн. в 1850г. близ Севастополя;
Косьмо-Дамиановский, осн. в 1854г. в лесу близ Алушты;
Кизилташский (Стефана Сурожского), осн. в 1856г. у д.Отузы близ Судака;
Катерлезский (Георгиевский), осн. в 1859г. под Керчью;
Топловский (Троицко-Параскевиевский), осн. в 1864г. у д.Топлы перед Карасубазаром
(нынешним Белогорском).

Из них пять мужских и один женский (Топловский) восстановливаются уже в наши дни. О них читайте отдельные статьи на нашем сайте.

Автор: Самарина (исп. мат. статей Протоиерея Георгия Северина и архиепископа Ионафана).

Пещерный город Бакла

Kosten — Sat, 18 Jul 2009 09:16:30 +0000

Край голубых долин Юго-Западного Крыма имеет своеобразную природу и специфическую историю, связанную с пещерными городами таинственного средневековья. Эта часть Крыма круглый год привлекает к себе массу туристов.

Ближайшими к Симферополю являются остатки городища пещерного города Бакла. Долина и урочище Бакла находится между селами Скалистое (бывшее Тав-Бодрак) и Трудолюбовка (бывшее Новый Бодрак).

Электричкой можно доехать до разъезда 1479 км или станции Почтовая, далее пешком. Можно и маршрутным автобусом от Симферопольской автостанции «Западная» до села Малиновка или Скалистое.

Село Малиновка это не известное киношное село, где была свадьба «пана атамана Грицияна Таврического». Ранее это вообще было два села: Кукарековка (восточная часть современного села) и Кобази (западная). Их разделяли и теперь разделяют так называемые Альминские «ворота», прорезанные водами реки Альма через внутреннюю гряду Крымских гор. Альма по-тюркски яблоко.

До Малиновки можно добраться и с платформы 1479 км. Это как раз возле села Приятное свидание. Предание гласит, что именно здесь граф Григорий Петемкин-Таврический встретил императрицу Екатегрину II, которая путешествовала по присоединенным к России южным землям в 1787 году. На восточной окраине Малиновки нужно свернуть на юг и, дойдя до небольшого пруда, отдохнуть и полюбоваться пейзажами — плотиной Партизанского водохранилища и Чатыр-Дагом. Далее от пруда через сад к реке Альма. Моста в этом месте нет, он за 2 км выше. Но летом во время засухи через Альму можно перейти по камням.

За речкой дорога около двух часов идет все время с небольшим подъемом лесом — то балкой, то по склону. Наверху, в седловине, лес вдруг заканчивается и перед глазами открывается огромный простор — Баклинская долина, густо усеянная красными черепками битой керамической посуды.

Вправо от долины, на западе, – несколько невысоких бурунов — каменных мысов-скал с остатками криптов — искусственных гротов пещерного города Бакла. Баклинское городище расположено двумя ярусами на двух обрывах высотой от 5 до 15 метров. По крутым склонам каменных оврагов можно добраться до городища. На всей поверхности плато отлично видны характерные неровности, вырубленные в скале ложа, следы многочисленных наземных строений.

Над хозяйственными криптами в скалах группами выдолблены зерновые ямы и виноградодавильни с резервуарами для стока сусла. Вырубались в скалах и церкви — криптохрамы. В восточной части комплекса городища Баклы на поверхности плато местами еще можно рассмотреть улицы и переулки, кое-где заметны остатки домов. Ядром городища было небольшое укрепление, построенное в IV веке. Оно располагалось у обрыва и, нетрадиционно для пещерных городов, с трех сторон было ограждено стенами, которые краями подходили к обрывам. Не менее трех раз цитадель городища перестраивалась.

При раскопках найдены разные орудия труда: кайла, топоры, мотыги. В средние века на берегу речки Бодрак (у современного села Трудолюбовка) были печи для обжигания керамики. В VIII-IX в.в. здесь был настоящий гончарный центр, изготовлялись сосуды, яйцеобразные двуручные амфоры, кувшины с тонким горлом, фляги и большие пифосы — высотой до 2 метров. Вероятно, в такой бочке когда-то и отдыхал Диоген.

Обнаружены в окрестности Баклы и стоянки древнейших людей, относимые археологами к 100-тысячелетней давности. Закончить однодневный поход можно в селе Скалистом, сев на маршрутный автобус до Симферополя или на ж/д станции Почтовая, сев в вагон электрички.

Следует заметить, что отправляясь даже в однодневный поход, необходимо зарегистрироваться в Симферопольской контрольно-спасательной службе по адресу: ул. Зои Жильцовой, 24, телефоны 24-45-13 и 25-31-58, код города Симферополя 0652.

Судакская крепость средневекового Крыма

Kosten — Tue, 30 Jun 2009 07:57:56 +0000

Заповедник «Судакская крепость» расположен на земле, обжитой людьми с древнейших времен. Обнесенное оборонительными стенами поселение на Крепостной горе, от которого ведет отчет история города, в летописи впервые датируется 212 годом. Здесь была окраина античного мира, пограничные земли Византии.

В то время сюда сходились торговые пути, ведущие «из варяг в греки», дороги из стран Западной Европы, Ближнего и Дальнего Востока, Египта, Сирии, Индии. Судак был сосредоточием мировых торговых путей, имел много названий. Греки называли его Сугдея, русские — Сурож, итальянцы — Солдайя.

Расцвет приходится на XIII век. Популярность мирового торгового центра привлекала внимание итальянских купцов. Оборонительные стены и башни, которые видны издалека при въезде в современный Судак, относятся к XIV веку, времени генуэзской колонизации.

В крепости сохранились руины казарм русских войск, построенных здесь после русско-турецкой войны 1768-1774 г.г. и присоединения Крыма к России.

В 1925 г. были отпущены средства для ремонта отдельных памятников крепости — советское государство приняло на себя охрану крепости. В 1926-1930 и в 1935-1936 г.г. здесь проводились археологические исследования. С 1964 г. в крепости начала постоянную работу экспедиция Института археологии АН УССР.

С 1968 г. в крепости идут реставрационные работы. Археологами открыт «нижний город» – портовая часть, составляющая вместе с «верхним городом» заповедную территорию Судакской крепости. Раскопками в окрестностях города обнаружены могильники разного времени, гончарные печи, системы древних водопроводов; открыты византийские оборонительные стены Х века, ремесленный квартал в городе, торговый ряд, мастерские.

Уникальность заповедника позволяет отнести его к числу выдающихся памятников мировой цивилизации. Основные фонды музея насчитывают тысячи экспонатов. Это археологические памятники средневековья: изделия из керамики, металла, предметы ювелирного искусства. Разнообразен нумизматический материал.

Площадь крепости вместе с портовой частью древнего города составляет 29,5 га, длина стен более 800 м. Архитектурные памятники крепости отражают этапы мирового развития архитектуры. Стены и башни являются образцом средневекового европейского оборонного зодчества. На многих башнях сохранились даты постройки и имена консулов, их сооружавших: башня Джиованни Марионе — 1388 г., башня Пасквале Джудиче — 1392 г., башня де Флиско Лавани — 1409 г.

Итальянский храм XIV века, единственный в Крыму, имел элементы готики. В здании мечети — типичное для Византии устройство купола. В декоре зданий присутствуют элементы ближневосточного орнамента, следы многочисленных фресок, итальянская геральдика и символика. Судак слишком известен, чтобы объяснять дорогу; слишком прекрасен, чтобы его не посетить! Посетите Судак!

Крепость Арабат – форпост Древнего Крыма

Kosten — Mon, 22 Jun 2009 07:35:11 +0000

Крым, известный прежде всего горами и южнобережьем, начинается все-таки с необозримых степей на севере полуострова. Один из путей ведет в Крым по Арабатской Стрелке, словно по плотине между Азовским морем и Сивашом. Там, где Арабатская коса достигает пределов древней Киммерии, находятся руины крепости Арабат. Местность довольно отдаленная. Путешествие можно считать экстремальным. Готовится нужно основательно.

Путешествовать лучше всего летом, чтобы не лишать себя возможности окунуться в ласковые волны Азовского моря. Учитывая нестерпимую летнюю жару в степном Крыму, путешествовать лучше рано утром или вечером, когда жара спадает. Не помешает запас питьевой воды и подходящий головной убор.

Из Феодосии, Судака до крепости возле села Каменское лучше всего добраться автотранспортом. А из Симферополя — ночным пригородным керченским поездом (за небольшую плату) можно добраться до станции Петрово. Далее до села Каменское, находящегося на берегу моря, всего 6 км. Преодолеть их лучше пешком — иначе что за путешествие?!

На возвышении, где шоссе делает поворот вправо, есть смысл задержаться и осмореться. Здесь, в крымской саванне, можно сразу насчитать 15 курганов неизвестных народов. А впереди — село Каменское (некогда Ак-Монай). Через полтора часа неторопливой ходьбы от железной дороги — вы на берегу Арабатского залива. В небольшом сквере погребены более 3000 защитников Ак-Монайских позиций, погибших здесь в 1941-1942 годах.

Осталось пройтись лишь 3 км берегом залива до крепости Арабат. От крепости собственно и начинается коса Арабатская Стрелка, которая издревле была дорогой многих народов и армий с материка в Крым. Поэтому это место всегда имело стратегическое значение. Еще в седой древности здесь были валы для защиты границ Боспорского царства от скифов и других кочевников. Вероятно, в те времена здесь, у самого синего моря, была построена древнегреческая крепость, на картах обозначенная как Ираклеон (или Гераклеон).

По приказу турецкого султана Мехмеда II, завоевателя Крыма, в 1475 г. восстановили старые и построили новые крепости и укрепления на всех суходольных путях к Крыму, в том числе и крепость Арабат.

«Арабат» в тюркских языках означает «предместье». Есть версия происхождения названия крепости от арабского слова «рабад», означающего «приграничный пункт».

Крепость Арабат имеет еще одно название — Ребан. В 1771 году корпус российской армии князя Долгорукова 17 июня штурмом захватил Арабат (Ребан). Во время Крымской кампании 1854-1855 г.г. крепость Арабат, к тому времени уже полуразрушенная, была приведена в оборонное состояние. Обветшалые стены облицевали известняковым камнем. Каменную трецкую кладку и серую облицовку россиян видно и доныне в толще стен. Вооружение крепости было увеличено до 18 пушек, гарнизон усилен до двух батальонов; и крепость с успехом отразила вражескую эскадру летом 1855 г.

Несколько раз Арабатскую оборонную линию защищали и брали штурмом в ХХ веке. Жестокие бои вели здесь в ноябре 1941 года и в мае 1942 года. В апреле 1944 г. уже фашисты использовали крепость Арабат, как пункт своей оборонной линии. Сама линия обороны представляла собой земляной вал с траншеями общей протяженностью около 1 км с плотной сетью огневых точек. До нашего времени остались 5 железобетонных ДОТов (долгосрочных огневых точек).

Ныне от самой крепости остались только стены. Внутри — уцелели только пороховой погреб и два колодца. Все другие сооружения в руинах. Если вы хотите возвращаться домой в тот же день, то не позднее 20 часов нужно выйти из села Каменского и в пути послушать серенады степных цикад. Поезд от ст. Петрово отправляется поздно вечером, в Симферополь прибывает на рассвете.

Гунны в Северном Причерноморье

Yulia Samarina — Wed, 20 May 2009 19:21:18 +0000

История этого монгольско-тюркского племени берет начало в глубокой древности – еще за двенадцать веков до нашей эры!

Состоявшее из многих родов, это племя представляло собой к началу нашего тысячелетия могущественную державу Хунну с царем во главе, и владевшую к тому времени уже не только землями, простиравшимися от пустыни Гоби до Южной Сибири, но и всей степной Маньчжурией. Многолетние хунно-китайские и междоусобные войны привели к разделению всего народа как бы на четыре ветви, одна из которых, северные хунны, во II в. ушла на нижнюю Волгу и Урал, где, ассимилировавшись с местными угорскими племенами, стала новым народом – гуннами. Вернее так стали называть их европейцы. А еще – «грозой трех империй», ибо эти воинственные кочевники со второй половине IVв. стали самой большой головной болью и Рима, и Византии, и почти всей Европы. С ними пришел хаос и началось так называемое Великое переселение народов.

Первым о гуннах упоминал еще греческий поэт Дионисий Периегет, современник римского императора Адриана (117-138гг.). В его стихотворном «Землеописании» сообщалось о неких уннах, обитавших где-то там, к западу от Каспийского моря… Но через 250 лет эти смутные представления сменились жестокой реальностью. Буквально сокрушая все на своем пути, полчища гуннов, словно гигантская саранча, прошли все Северное Причерноморье, оказались на Балканах, в Галлии и едва не уничтожили саму Римскую империю. Видавшие виды римляне были так потрясены их напором и мощью, что еще долго из поколения в поколение, из уст в уста передавали тот ужас, который внушили им гунны – «самые страшные из всех своей дикостью». Уже только одна внешность их вселяла неописуемый страх: «их образ пугает своей чернотой, походя не на лицо, а, если можно так сказать, на безобразный комок с дырами вместо глаз. Их свирепая наружность выдает жестокость их духа… Ростом они невелики, но быстры, широки в плечах, ловки в стрельбе из лука и всегда горделиво выпрямлены, благодаря крепости шеи. При человеческом обличье живут они в звериной дикости».

Римский историк IVв. Аммиан Марцеллин писал так: «Племя гуннов… живет за Меотийским болотом (за Керченским проливом) и превосходит всякую меру дикости. При самом рождении делаются на щеках ребенка глубокие надрезы острым оружием для того, чтобы в будущем рост волос на лице притуплялся образующимися морщинами (так они и стареют – безобразными и безбородыми); все они отличаются плотными и крепкими частями тела, толстым затылком и вообще столь страшным и чудовищным видом, что можно их принять за двуногих зверей…; питаются они кореньями и полусырым мясом всякого скота, которое кладут между своими бедрами и лошадиными спинами, скоро нагревая парением… Они с колыбели приучаются переносить холод, голод и жажду, питая отвращение к любым жилым строениям. Они одеваются в одежды, сшитые из шкурок лесных мышей, которые раз одетые не снимаются, прежде чем не истлеют и сами не расползутся в лохмотья. Головы они прикрывают кривыми шапками, а ноги – козьими шкурами. Никто их них не может ответить на вопрос, где их родина… В перемирии они неверны и непостоянны; не имеют никакого понятия о чести и бесчестии; они уклончивы и темны в речах; никогда не связаны уважением к религии и пылают лишь неудержимой страстью к золоту…» Все античные авторы, кроме страшного вида и дикого образа жизни, подчеркивали необычайную, невиданную и немыслимую жестокость гуннов-завоевателей. Они шли, не останавливаясь ни перед чем, сплошным потоком.

На их пути в Северное Причерноморье первыми оказались аланы. Они были частично истреблены, частично покорены. За аланами последовали остготы – «держава Германариха». Вторжение гуннов стало для причерноморских готов настоящей катастрофой. Их государство было разгромлено, так же, впрочем, как и вестготов (с Атанарихом во главе). В Крым гунны вошли двумя потоками: одни через Перекоп – с севера, другие, с востока, через Керченский пролив (Меотиду) либо случайно обнаружив переправу, либо (и что скорее всего) по зимнему льду. Однако, как это ни странно, но вторжение гуннов не нанесло столь сокрушительного удара по Таврике, какого можно было ожидать. Боспорское царство, столетиями существовавшее на Керченском полуострове, особенно и не пострадало. Не было и сколько-нибудь серьезного сражения (об этом говорят археологические изыскания). Скорее всего, правители Боспора сразу признали верх пришельцев и вынесли им дань добровольно. Более того, у гуннов с боспорцами, говорят, даже завелся вполне мирный обмен товарами: за продукты питания, вино, украшения гунны давали скот, шкуры и даже часть награбленных ценностей… Сарматы, аланы и готы, не нашедшие общего языка с завоевателями (или что скорее – не заинтересовавшие их), вынуждены были переселиться в отдаленные и более безопасные горные районы Крымского полуострова. Какая-то часть аланов и готов расселилась на подступах к Херсонесу, которому так же, как и Боспору, удалось избежать столкновений с гуннами (хотя, конечно, не без помощи Рима). По договору с римлянами (таких наемных варваров называли «федератами») и в обмен на землю и деньги, гото-аланы должны были таким образом охранять Херсонес – этот последний форпост Римской империи в Северном Причерноморье. Но гораздо большая часть полуострова (особенно к северу от гор) совершенно обезлюдела и фактически превратилась в кочевье гуннского племени.

Нужно сказать, что сами кочевники с годами во многом изменили своим привычкам и обычаям, приобщаясь к нравам и культуре других жителей Причерноморья и Крыма. А еще через какое-то время их быт мало чем отличался от быта сарматов и аланов. Но эти мирные изменения коснулись их лишь на время, явившись лишь передышкой в том грандиозном «блицкриге» на Запад. Уже в Vв. «для нового потрясения народов и для внушения страха всем странам» родился он, Аттила, или как его потом образно назвали современники – «бич Божий». Этот, несомненно, талантливый полководец и мудрый политик, снова объединив своей харизмой разрозненные уже было к тому времени племена соплеменников-гуннов, отправляется с ними в последний поход на Европу. Годы его правления стали в истории настоящим триумфом гуннов и временем их наивысшего могущества. Что говорить, если даже великий Константинополь заплатил им дань (1800 кг золота!)

Но жажда все новых земель и побед вела азиатов все дальше и довела до Галлии (совр. Франции), которая стала началом их конца. В конце концов римские войска прорвали мощь гуннов. Довершилось падение смертью Аттилы и борьбой его сыновей за власть. Решающее сражение, произошедшее в 453г. и названное в истории «битвой племен», стало окончательным разгромом гуннов. Они бежали и снова оказались в Причерноморье. Одно из гуннских племен – утигуры – вошли в степную Таврику и снова там установилось их господство. Не так повезло тем из гуннов, которые направились в восточный Крым – на Боспор. Они столкнулись там с готами-трапезитами, охранявшими по договору с Боспорским царством прилегающие территории. По словам историка той поры Прокопия Кесарийского, сопротивление было упорным и силы готов и гуннов фактически оказались равными. В этой ситуации обе стороны пошли оригинальным путем: они просто объединились и, переправившись на азиатский берег и пройдя через Тамань, заняли вместе прибрежную зону.

В VIв. эпоха Великих миграций завершается. «Старый Рим» рушится, настает час «Нового Рима» – венценосного Константинополя. Боспор также вынужден признать власть константинопольского престола. Византия стремится всеми силами укрепить свои позиции в варварском мире. Но не оружием, а очарованием своей культуры и религии (зарождающегося христианства). История рассказывает о том, что даже один из гуннских вождей – Грод (или Горд), кочевавший со своей ордой в пределах Керченского полуострова, вдруг появился при дворе Юстиниана I, в Константинополе, с просьбой… окрестить его. Восприемником Грода стал сам император. Затем отправленный с большими дарами в Крым – к соплеменникам, вождь обещал блюсти интересы Византии и обращать в христианство варваров-гуннов. Однако родное племя встретило его настороженно, с явным непониманием и даже неприязнью. А когда Грод потребовал разорить старые родовые святилища, а идолов переплавит в слитки, гуннские жрецы вместе с его родным братом Мугелем учинили над ним кровавую расправу – отрубили голову. Этого им показалось мало. Они попытались продемонстрировать Византии свое неповиновение и нанесли сокрушительный удар по Боспору: были разорены все византийские гарнизоны и на Керченском полуострове, и на Тамани. Император Юстиниан I был взбешен и послал карательную экспедицию для усмирения воспрявших гуннов. Узнав об этом, те обратились в бегство, оставив Боспор в покое. Дальнейшая судьба уцелевших гуннов была связана с тюркютами – новым кочевым объединением, появившимся в Северном Причерноморье в 70-е годы VIв., в массе которого гунны бесследно растворились. Так миновали их времена…

Автор: Самарина

Анна Ахматова крымские сюжеты

Yulia Samarina — Fri, 15 May 2009 18:36:11 +0000

А я сушила соленую косу за версту от земли на плоском камне. Ко мне приплывала зеленая рыба, ко мне прилетала белая чайка…

С 1897 по 1909гг. Аня Горенко жила на морских берегах вокруг Севастополя – от Балаклавской бухты через мыс Фиолент и Георгиевский монастырь наверху, древний Херсонес, Графскую пристань до Екатерининской улицы, на которой стоял и стоит дом Антона Горенко – Аниного отца. Немалый срок: с восьми и до двадцати лет – почитай, значительную часть детства и всю юность, до самого замужества. И если учесть, что, проживая свою взрослую жизнь, мы все время невольно проецируем все происходящее с нами на наши детские и юношеские воспоминания, представления и мироощущения, то не являются ли эти ранние годы определяющими, то есть главными… Если так, то вполне резонно считать, что и личностью, и известной поэтессой – будущей «Анной всея Руси», как назвала ее потом Марина Цветаева, Анна Ахматова стала именно здесь, в Крыму. Да собственно, здесь же в 11 лет она и начала писать… И стихи, и свою автобиографическую прозу. Позднее Анна Андреевна говорила, что она сама, как и все ее литературное поколение, произошла, по сути, из Иннокентия Анненского – ее и Колиного (Гумилева) учителя русской словесности, директора гимназии и преподавателя в Царском селе. Но с ее же слов: «Царское было зимой, Крым – летом»…

Портрет Анны Ахматовой

1897 год. После смерти их младшенькой Иры (в 4 годика от туберкулеза мозга), перепуганные родители, опасаясь и за их здоровье, отправляют старших дочек – Инну и Анну (одной 13 лет, другой – 8), почти самостоятельно к тете Маше Горенко в теплый Крым из холодного и сырого петербургского климата. Из Царского Села, где они жили всей большой семьей – в солнечный, просоленный морскими ветрами Севастополь. Что могло быть лучше для их ненаглядных девочек? Там в Севастополе, на Екатерининской, живут родные тетки по отцу и еще одна дальняя родственница, гречанка по национальности. Это с ней Аня регулярно будет ходить в Греческую церковь у базара, а также в Свято-Георгиевский монастырь на Фиолент, что над Балаклавой. Там же на горе, неподалеку от монастыря, на все лето была снята хибарка (иначе и не назовешь тот убогий домишко). Но зато там был чистейший воздух, оттуда была видна вся балаклавская бухта, маяк на Форосе, а вокруг – море полыни…

«И назвал мне четыре приметы страны,
Где мы встретиться снова должны:
Море, круглая бухта, высокий маяк,
А всего непременней – полынь…
И как жизнь началась, пусть и кончится так…»

Но эти строки будут написаны уже потом, в 1916г. А пока это лето было первым, проведенным сестричками в Крыму. Все было в новинку, да еще в доме неподалеку на полтора месяца поселился известный художник-баталист В.Верещагин с женой и двумя детьми… Нужно было видеть восторг впечатлительной до обмороков Аннушки, когда из Севастополя в бухту неожиданно прибыло целых шесть военных кораблей, с которых шлюпками в один миг к берегу были доставлены восемь незабываемо великолепных в своей белоснежной с золотом форме морских офицеров. В монастыре было всполошились, но тут же успокоились, когда узнали, что таким манером лично контр-адмирал Черноморского флота А.К.Сидененер решили навестить своего однокашника по Морскому корпусу – Верещагина.

1898 год. И этим летом снова сестер отправили в Крым, в Севастополь, к Черному теплому морю. И повзрослевшая на год «дикая девочка», как ее там называли, с повадками мальчишки, снова бегала босиком и без шляпы, бросалась с лодки в море, купалась с утра до вечера (даже во время шторма!), «загорала до того, что сходила кожа», бегала к рыбакам, чтобы вместе с ними жарить и уплетать вкуснющую камбалу, слушая их необыкновенные истории. А еще местные обращались иногда к ней с необычной просьбой: она «чувствовала воду» и умела безошибочно указать место, где надо рыть колодец… Недаром потом в Фонтанном доме ее называли Акумой – колдуньей. Но вот лето закончилось, и пора было отправляться в Царское Село. Нужно было спешить – той осенью Анне предстояло поступать в гимназию.

А на будущее лето снова в Севастополь и Балаклаву, ставшими уже совсем родными. Потом, с 1901г., появилась возможность приезжать в Крым всей семьей. Андрей Антонович Горенко служил уже членом Государственного совета по управлению торговым мореходством в Петербурге. При таком значительном чине не положено было снимать дешевое жилье. Вместо «хибарки» в тот год сняли настоящую дачу в Стрелецкой бухте под названием «Отрада». А в 1903-1905гг. это уже была одна из известных и дорогих дач Шмидта в Карантинной бухте Севастополя, где собиралось солидное общество приезжих и почти весь севастопольский бомонд. В то время Анне было 16 лет. А за два года до того, в 1903 году, в Сочельник, в Царском Селе они познакомились и подружились с Колей Гумилевым…

Однако 1905 год начался с несчастий. От чахотки умерла сестра Инна. Она к тому времени уже успела закончить Высшие женские курсы в Петербурге, сама была филологом и была замужем за филологом – Сергеем фон Штейном. Это с ней лето за летом Аня неразлучно проводила в Крыму. И это с ней, с Инной, они внешне были так похожи…

Портрет Ахматовой 1922 год

Вторым несчастьем был уход отца из семьи к другой женщине – вдове адмирала. Инна Эразмовна с оставшимися четырьмя детьми – Андреем, Анной, Ией и Виктором – вынуждена была уехать в Крым, в Севастополь. Но жить там все же было довольно дорого, а с деньгами дела обстояли неважно. Пришлось к осени перебраться в Евпаторию. Этот городок считали захолустьем, но там гораздо дешевле можно было снять жилье. Предпоследний класс гимназии Аня проходила самостоятельно дома с маминой помощью. Грустно, тоскливо, неуютно… Аня от безысходности даже пыталась вешаться: «… гвоздь выскочил из известковой стенки. Мама плакала, а мне было стыдно…», как писала она потом.

Больше года они в Евпатории не выдерживают. 5 сентября 1906г. брат Андрей по приглашению Н.Гумилева едет в Париж, в Сорбонну. Мама с Ией и Виктором – в Севастополь. Аня – в Киев, к маминым сестрам Стоговым. Ей нужно заканчивать последний класс гимназии. Ее друг Коля Гумилев учится уже третий год во Франции, «проходя университеты европейской культуры», и без конца пишет письма в Киев с объяснениями в любви и беспрестанными «предложениями руки и сердца». «Люблю ли его, я не знаю, но, кажется, что люблю… и верю, что моя судьба быть его женой», – так пишет Анна в феврале 1907г. Сергею фон Штейну, но чувствует себя при этом в Киеве ужасно: «Здесь душно! Скорее бы кончить гимназию и поехать к маме… или в Петербург, к жизни, к книгам. Но я вечная скиталица по чужим, грубым и грязным городам, какими были Евпатория и Киев… Живу отлетающей жизнью так тихо, тихо».

Но вот наконец-то гимназия окончена, и Аня едет к своим родным – к маме, сестре и брату в Балаклаву. Из Евпатории они перебрались туда, но «еле сводили концы с концами». В тот год Аня очень сильно болела: плеврит, бронхит, хронический катар – все одно за другим. Боялись туберкулеза, но все обошлось. В сентябре в Балаклаву приезжал Николай Гумилев, и они с Анной сильно поссорились (а обвенчались потом, лишь через три года, 25 апреля 1910 года в Никольской церкви под Киевом; свадебным подарком Николая «его Аннушке» было путешествие а Париж). Так что 1907 по 1909гг. жили то в Балаклаве, то в Севастополе, но на этом крымская жизнь Анны закончилась. Она поступила в Киеве на юридический, а потом замужество, Париж, потом Петербург и Царское Село, а также Слепнево – имение матери Н.Гумилева. И первая поэтическая слава, когда в 1912 году вышел ее первый сборник стихов «Вечер», сделавший Аню Горенко буквально в один день прославленной поэтессой Анной Ахматовой.

А потом началась Первая Мировая война… Муж ушел добровольцем на фронт, свекровь продала дом в Петербурге, забрала внука «Гумильвенка» (сын Лев родился у Анны в 1912г.) и уехала с ним в Слепнево. Анна, не зная, куда себя деть, отправляется осенью 1916г. в город своего детства – в Севастополь (тем более что там снова живут мама и сестра Ия; младший братишка Виктор после окончания петербургского морского корпуса ушел на миноносце «Зоркий» у них на глазах от Графской пристани в сторону Констанци, на румынском фронт). Поселилась на сей раз Анна Андреевна на реке Бельбек (ныне п.Любимовка), за Севастополем, в доме одной ее хорошей знакомой.

…По-новому, спокойно и сурово,
Живу на диком берегу.
* * *
Не верится, что скоро будут Святки.
Степь трогательно зелена.
Сияет солнце, лижет берег гладкий
Как будто теплая волна…
* * *
По неделе ни слова ни с кем не скажу,
Все на камне у моря сижу,
И мне любо, что брызги зеленой волны,
Словно слезы мои солоны.
Были весны и зимы, да что-то одна
Мне запомнилась только весна…

Эти строки были написаны Анной Ахматовой в конце декабря 1916 года, в Севастополе, где была она последний раз в жизни.

P.S. Ее брата Виктора революция застала в Севастополе. Думали, что его расстреляли, как многих на Малаховом Кургане, но он выжил. Сестра Ия скончалась от туберкулеза на руках матери здесь же в 1921 году. Виктор вместе с Инной Эразмовной сначала из Севастополя уехал на Камчатку, но затем мама вернулась к своей сестре под Винницу, где и скончалась в 1930г. А Виктор через Китай уехал в Канаду и США (в 60-е годы он с сестрой Анной обменялся несколькими письмами). Муж Николай Гумилев был расстрелян в 1921 году. Сама Анна Ахматова (1889-1966 гг.) дожила до 77 лет. Сын Лев Гумилев стал известным историком.

Автор: Самарина (благодаря публикациям Т.Мяздриковой).