Еженедельные очерки о Крыме, фото, путешествия, лечение и отдых в Крыму

Южнобережье в начале 20 века.
Кадры кинохроники запечатлели один из танцевальных вечеров на императорской яхте «Штандарт», где жизнерадостные и юные княжны Ольга и Татьяна танцуют со статными морскими офицерами. Августейшее семейство приезжало каждый год в Крым в свое Ливадийское имение надолго, и, конечно, девочек хотелось как-то развлечь в их довольно одинокой и замкнутой жизни…

Но, наверное, в начале совсем не лишним будет напомнить, как Ливадия стала той, в которую теперь стремится попасть каждый, прибывший в Ялту, расположившуюся в 3-х километрах от Ливадии (причем именно Ливадия явилась причиной рождения в соседней Ялте аристократического курорта, а не наоборот, как могут подумать некоторые).

В 1861 году, пока Ялта оставалась маленьким рыбацким поселком, Ливадию приобрело Удельное Ведомство (Государственная служба) для царской семьи. Император Александр II подписал указ о покупке имения, дополнив его дарственной на имя «любезнейшей супруги Государыни Императрицы Марии Александровны». За реконструкцию усадьбы, оставшейся от прежнего хозяина, польского магната Льва Потоцкого, взялся придворный архитектор Ипполит Монигетти. Он перестроил барский дом в так называемый Большой дворец и достроил Малый дворец (для наследника), а также свитский корпус, дворец министра двора барона Фредерикса, дворцовую церковь во имя Воздвижения Честного Креста, оранжереи, многочисленные службы и «итальянский дворик» с чудесными резными воротами, специально привезенными из Вероны. Дворцовому ансамблю был придан несколько восточный стиль, который сохранялся затем во многом и в последующих постройках и перестройках Ливадии (через 30лет территория имения увеличится за счет приобретения соседней Ореанды). Александр III с супругой и детьми с удовольствием проводил здесь каждое лето. Здесь же он перед смертью благословил брак сына-наследника Николая с принцессой Алисой Гессенской. Здесь же, в Ливадийской церкви, состоялась церемония принятия православия принцессой, после чего Алекс (как называл ее Николай) получает православное имя – Александра Федоровна. В 1884 году Ливадия переходит по наследству Николаю II. Он становится последним ее владельцем из венценосного семейства Романовых.

Read the rest of this entry »

Белая скала, или Ак-Кая, – единственная и неповторимая в Крыму и не только… Что можно с нее увидеть, а также как найти в ущелье исток реки Биюк-Карасу.

Стоит эта скала в отдалении от главных курортных мест полуострова и, наверное, поэтому многие из тех, кто отдыхал в Крыму, ее так и не увидели, хотя наверняка узнали бы как «участницу» многих известных советских художественных фильмов: «Всадник без головы», «Мираж», «Пятнадцатилетний капитан», «Деловые люди», «Лобо», «Генерал Лукач», «Мустанг-иноходец» и даже «Чиполлино». И очень жаль, что не видели, ибо она достойна не только внимания, но и даже отдельного путешествия к ней. Так что вперед, в поход!

А для того, чтобы все-таки встретиться с Белой скалой, прежде всего нужно отправиться в юго-восточный Крым, в район Белогорска (который когда-то назывался Карасубазаром). Сегодня это скромный, маленький городок и почти не верится, что его истории уже более семи веков! Он пережил и повидал многое: как времена расцвета, так и времена упадка.

Когда «гнев аллаха» в виде землетрясения обрушился на столицу татарского ханства Солхат (сегодня это Старый Крым), то многие оставшиеся в живых переселились на плодородную равнину реки Биюк-Карасу и заложили город Карасубазар («рынок на черной воде»). Первые упоминания встречаются о нем в XIIIв., когда именно здесь пролег Великий Шелковый Путь – торговая артерия мирового значения. Хотя сегодня этого Пути на карте Крыма вы не найдете, но зато легко обнаружите трассу Симферополь – Феодосия, почти в середине которой встретится вам и нынешний Белогорск, а неподалеку от него и она – Белая скала. Пропустить ее будет трудно: величественный вид, необычный цвет и особые очертания стометровой скалы, удивительно похожей на неприступную крепость, не позволят ей остаться незамеченной даже издалека. Но воздвигнута эта «крепость» над долиной реки Биюк-Карасу (которая берет здесь начало, а затем несет свои воды до самого Сиваша) не людьми, а природой, причем так давно, что, наверное, уже даже сама не помнит, что когда-то вокруг нее плескались морские волны… Да-да, в толще ее белых известняков до сих пор «хранятся» окаменевшие останки древних моллюсков и рыб. Да что рыб! 27 лет назад в одном из карьеров горы были найдены 50-ти миллионного срока давности кости особого, земноводного кита! Такого же кита потом американцы нашли в Пакистане, так шуму-то, шуму было… А наш кит (между прочим, единственный такой пока во всей Европе), так и вошел в анналы мировой палеонтологии скромно и интеллигентно, хотя найден был на шесть лет раньше (!)

Read the rest of this entry »

Родина Мадеры – португальский остров Мадейра. Там ее готовят уже более пяти веков. Предварило ее появление Случайное Стечение Обстоятельств, которое имело место быть в 1515 году. Один торговец отправил в Индию партию бочкового вина, выполняя заказ некоего богатого человека. Заказ большой, путь долгий (предстояло обогнуть Африку, дважды пройдя экватор) и утомительный для вина. Вино значительно подспиртовали, чтобы оно не испортилось на жаре, загрузили на палубу и отправили. Через несколько месяцев по прибытии в порт назначения оказалось, что заказчик умер, и злополучные бочки с вином отправились обратно к родному острову. Долгий путь был повторен. Несчастный торговец с Мадейры пришел в отчаяние, и говорили, даже пытался свести счеты с жизнью. Ведь он был уверен, что вся партия вина превратилась в уксус… Почти без надежд он попробовал вино-путешественника и был приятно удивлен отличному качеству и оригинальному вкусу. Вся партия очень быстро разошлась, и португальские купцы стали спешно снаряжать корабли с вином в челночный рейсы Мадейра-Индия-Португалия. Предполагалось, что секрет получения вина «цвета огненного загара с горячим энергичным вкусом» заключается в длительном пребывании вина под палящими лучами солнца и морской качки. Такие вина довольно дорого стоили и разливались в специальные бутылки, на донышках которых была особая отметка: «Возвращенное из Индии» или просто: «Из Индии». Значительно позже виноделы поняли, что для производства мадеры – так стали называть это вино – нужно лишь солнце для выдержки. Этот метод назвали мадеризацией.

И если все остальные вина выдерживают в дубовых бочках в прохладе подвалов, то мадеру на острове Мадейра, да и на Крымском полуострове можно увидеть сотнями бочек на специальных солнечных площадках. К 18в. мадеру на острове готовили уже только для королевского двора. На солнце выдерживали до 6 лет, а затем еще в бутылках (в подвалах) до 20-40 лет. Из европейцев первыми оценили это оригинальное вино англичане. Они же назвали его «дамским коньяком» за его элегантность, приятно-жгучий коньячный вкус и янтарный цвет. В России попробовали испанскую мадеру уже в 17в. А в 18-19вв. она стала у нас весьма популярной. Тут же появилось великое множество подделок. Одна из московских газет в 1881 году в шутку писала: «Мадера бывает разных сортов: настоящая, самая настоящая и «гишпанская». Из них только «гишпанская» фабрикуется на Васильевском, а остальные сорта по большей части в Москве». Но особенно поднаторели в подделке ярославские винопромышленники (так и называлась: «мадера ярославской работы»). Для мадеры в России появилась даже специальная рюмка объемом 75мл. Так она и по сей день в ресторанах и называется – мадерная (вторая по размеру после водочной). Мадера подавалась и подается чуть подогретой или комнатной температуры. Хотя теперь можно встретить и американский способ подачи: в низком толстостенном стакане со льдом.
А как вы думаете, где впервые в России стали готовить свое настоящее вино типа мадеры? Конечно, в Крыму!

Read the rest of this entry »

Действительно, такое событие имело место быть, хотя и случилось оно уже на склоне лет князя Михаила Семеновича Воронцова, вынужденного по болезни отойти от исполнения государственных дел, а до того много послужившего России в непростой должности генерал-губернатора всего Новороссийского края и Крыма (а затем и наместником императора на Кавказе). Присвоенное ему звание фельдмаршала явилось скорее не сколько даже признанием его прежних заслуг, но более - самоотверженного труда именно последних лет, в какие он показал себя настоящим патриотом и неустанным миротворцем в продолжение всей Крымской войны 1853-1856гг. Обстоятельства же тех давних дел были таковы…

Когда осенью 1853г. турецкие военно-морские силы подошли к границам Кавказа, наместнику этих земель князю М.С.Воронцову шел уже 72-й год. Возраст весьма преклонный, да и старая болезнь все более давала себя знать. Уже до того князь не раз подумывал об отставке и покое, но эта война многое перевернула в его жизни, да так, что еще долгих три года держала его в напряжении. Нападение турок на Кавказ сильно повлияло на самочувствие Воронцова, в то время как император Николай I, казалось, был лишь раздражен войной. В его письмах Михаилу Семеновичу с указанием о проведении боевых операций чувствовались определенное непонимание ситуации и элементарная военная неграмотность. В то же время князь Воронцов, как никто другой, осознавал плачевное состояние южной пограничной линии и настойчиво требовал войск. Предвидел он и то, что война с Турцией, безусловно, приведет к столкновению с Англией и Францией, армии, которых к этому времени значительно превосходили российскую по техническому оснащению. Появление в Черном море флотов европейских держав князь считал катастрофой для кавказского побережья и просил усилить эскадру, крейсирующую у берегов. Однако в этом ему было отказано. В столице по-прежнему считали, что западные монархи не решаться вступиться за Турцию. В довершении, в ноябре 1853г. российский флот напал на берега Турции и одержал хотя и блестящую победу в Синопском сражении, но окончательно настроившую Европу против России. В ночь с 3-го на 4-е января 1854 года английские и французские суда вошли в Черное море. Воронцов первым отреагировал на это и отправил канцлеру Нессельроде полное тревоги письмо: “На суше мы не боимся никого; но на море и на побережье, - дело совсем иное, и я не могу без содрогания воображать себе во всех подробностях неизбежную и жестокую потерю всех наших фортов на восточном берегу, спасти который мы в этом случае не имеем никаких средств”.

Read the rest of this entry »

Под девизом «Просвещение и знания» Таврический университет – первое высшее учебное заведение Крыма. В 2008 году ему исполняется 90 лет). «…необходимо признать, что не только университет нужен в Крыму, но еще более крымский университет нужен России…» (Из ходатайства Таврического губернского земства об открытии вуза).

Начнем, пожалуй, с того, что к концу XIXв. Таврическая область по образованности населения стояла вровень со столичными, ибо располагала (и это всего лишь через сто лет со дня своего рождения!) таким количеством учебных заведений, какого и близко не имели другие губернии России. А к 1918 году в Тавриде только средних учебных заведений с полным курсом насчитывалось около 55 (и это не считая народных училищ и различных школ, каких только в одной Евпатории было 32 на 27тыс. населения!). Каждый год выпускалось до полутора тысяч выпускников, значительной части которых, конечно же, хотелось учиться дальше. Но не было в Крыму ни одного высшего учебного заведения, в котором можно было бы продолжить образование. Молодежь вынуждена была уезжать в Киев, Харьков, Москву, С.-Петербург, и, как правило, уже навсегда… Это было – во-первых. Во-вторых, в Крыму к тому времени накопился целый ряд научных обществ и учебно-воспитательных учреждений, как то: Никитский ботанический сад, биостанции в Севастополе и на Карадаге, астрономическая обсерватория в Симеизе, зоосад Фальц-Фейна в Аскания-Нова, естественно-исторический музей губернского земства, Институт физических методов лечения в Севастополе, Сакская и Евпаторийская грязелечебницы и еще многие другие, которые назрела необходимо объединить действительно научным центром, а кроме того - готовить для них специалистов. В-третьих, Крым характеризовался наличием многочисленных исторических и археологических памятников, а также особым географическим положением полуострова с мягким климатом, многообразным рельефом, и своим, во многом эндемичным (неповторимым) растительным и животным миром. Все это вкупе создавало прекрасные возможности по изучению и преподаванию многих предметов, так сказать, в естественных условиях. В-четвертых, на полуострове интенсивно развивались садоводство, табаководство, виноградарство, виноделие и другие направления сельского хозяйства, и они также требовали и специалистов, и новых сортов, и более совершенных методов. В общем, необходимость создания высшего учебного заведения в Крыму как центра по обучению просвещению и хозяйственному развитию региона была для всех абсолютно очевидной. Оставалось лишь грамотно и веско выразить эти чаяния. И вот в августе 1916г. на очередное заседание Таврического губернского земства был предложен для обсуждения этого вопроса достаточно обоснованный доклад С.С. Крым - видного общественного деятеля и члена Госсовета. Нужно ли сомневаться, что губернское земство без проволочек одобрило этот доклад? А также составило ходатайство перед правительством России об учреждении наконец «в Таврической губернии высшей школы естественных наук с отделением агрономическим и физио-терапевтическим, ассигновав 1млн. руб. в строительный фонд вуза», ибо, добавлялось к ходатайству, «…необходимо признать, что не только университет нужен в Крыму, но еще более крымский университет нужен России…». Многие ученые (даже живущие вне Крыма) поддержали эту замечательную идею.

Read the rest of this entry »

Тайна «Императрицы Марии» - линкора Российского флота, затонувшего в 1916 году близ Севастополя.

«Темная история, - говорил Полевой, - не на мине взорвался, не от торпеды, а сам по себе…» (Анатолий Рыбаков. Кортик).

Когда-то в детстве эту книжку я читала и перечитывала раз за разом; затаив дыхание, переворачивала страницы, надеясь вместе с мальчишками найти разгадку гибели линкора с красивым старинным названием - «Императрица Мария». Ленточка от бескозырки, военный кортик с тайным шифром, какие-то темные личности вокруг всего этого, опасности и приключения (еще и с продолжением в другой книге - «Бронзовая птица») и даже как-то не задумывалась, был тот линкор взаправду или нет. И оказывается, что он был на самом деле, и в самом деле взорвался в Севастопольском порту, и это - действительно история темная и неразгаданная по сей день…

Ранним утром 7 октября 1916 года севастопольцы проснулись от взрыва, произошедшего в Северной бухте, неподалеку от поселка Голландия. Взрыв был настолько мощным, что в десятках домов вылетели стекла, а черный столб дыма взметнулся на такую высоту, что был виден со всех концов города. Вслед за первым с короткими интервалами почти в течение часа прозвучали еще двадцать пять взрывов! Палуба линкора «Императрица Мария», где происходили эти события, напоминала сущий ад. Один за другим гремели взрывы ужасающей силы, все горело, плавились стальные переборки, по отсекам с криками метались обезумевшие матросы. Их истошные крики «Братцы, помогите!» долетали даже до берега, который находился на расстоянии полутора километров от пылавшего корабля. Этим несчастным спасения от огня не было даже в море. Накануне перед дальним походом «Императрицу Марию» до отказа загрузили углем и нефтью, и теперь нефть растекалась по воде и так же горела, опоясав огненным кольцом гибнущий линкор. Даже прибывший на место катастрофы командующий Черноморским флотом – бесстрашный человек, бывший полярный исследователь адмирал Колчак, - вынужден был отступить перед случившимся. Все возможные меры по спасению людей были, конечно, приняты, но спасти корабль не было никакой возможности… В начале восьмого утра он медленно перевернулся через правый борт и затонул на глубине 18 метров вместе с мертвыми и еще живыми матросами, принявшими мученическую смерть в Северной бухте. Командующим в С.-Петербург царю немедленно была отослана телеграмма: «Вашему Императорскому Величеству всеподданнейше доношу: сегодня в 7 часов 17 минут на рейде Севастополя погиб линейный корабль «Императрица Мария». В 6 часов 20 минут произошел внутренний взрыв носовых погребов и начался пожар нефти. Тотчас же начали затопление остальных погребов, но к некоторым нельзя было проникнуть из-за пожара. Взрывы погребов и нефти продолжались, корабль постепенно садился носом и в 7 часов 17 минут перевернулся. Спасенных много, число их выясняется». Николай II буквально сразу ответил: «Скорблю о тяжелой потере, но твердо уверен, что Вы и доблестный Черноморский флот мужественно перенесет это испытание».

Read the rest of this entry »

Почему «детский сад» стали так называть и кто изобретатель первых кубиков?

Ну, кто из нас не знает, что такое детский сад?! Даже смешно спрашивать… Особенно тех, кто родился в советское время и часть своего детства уж точно провел в «Дюймовочке», «Ласточке» или, например, в «Колокольчике» и, конечно, до сих пор помнит своих воспитательниц и нянечек, даже по именам.

И кто из нас не помнит, как ужасно не хотелось утром туда отправляться, и как еще больше не хотелось вечером уходить из сада, бросая игру или незаконченный рисунок, или «Волшебника изумрудного города», которого читали вслух, а на самом интересном месте за тобой как раз пришли? А детские лица воспитанников, ходивших с тобой в одну группу четыре года подряд (от младшей до подготовительной), как правило, не могут изменить никакие десятилетия. Встретишь вдруг на улице взрослого дяденьку (даже пусть он в усах или в шляпе) или дородную даму – и почти сразу всплывут и их имена, и фамилии, и даже кем он или она были на новогоднем детсадовском утреннике – медведем, зайцем или снежинкой. А фотографии, где вся группа стоит с конфетными подарками в руках вокруг Деда Мороза (местами похожего на детсадовского завхоза или истопника), воспитательниц и музработника, конечно, лежат во всех домашних альбомах…

Это все и мило, и понятно, но вот почему называется детский сад именно «садом», уверяю вас, не знает почти никто. Я и сама узнала совсем недавно и спешу поделиться со всеми этим замечательным открытием.

Оказывается ни много ни мало, 225 лет тому назад (21 апреля 1782 года) родился в Германии некий Фридрих Фребель. Сначала, как легко догадаться, он и сам был обычным ребенком, рос и воспитывался дома, как и все тогдашние дети, и только со временем, когда уже стал известным немецким педагогом, пришла ему в голову идея дополнить традиционное воспитание в семье еще и коллективным. В то время ему было уже лет за 60 и, соответственно, всевозможных педагогических изысканий и наработок накопилось довольно много. Пора было уже их как-то применить на практике, то есть создать как бы лабораторию или эдакое «опытное хозяйство» по воспитанию первосортных, отличных детей. И вот в 40-х годах XIXв. в городке Цорбих земли Саксония-Ангальт открывается «первое учреждение по уходу за детьми». Вот теперь – внимание! Его разместили в бывшей гостинице «У дворцового сада», а поскольку слово «сад» звучало, несомненно, приятнее, понятнее (да и короче), чем слово «учреждение», то горожане, направляясь туда со своими детьми, стали говорить: «Идем в сад». Так и стало это место называться с легкой руки родителей первых в мире «детсадовцев» «детским садом». Так и случается в жизни - самые меткие и долгосрочные определения принадлежат народу.

Read the rest of this entry »

«Дорожа своей честью, ученик не может не дорожить честью своего учебного заведения» (первая строка гимназического билета).

Самое первое так называемое «народное училище», или, как сказали бы сейчас, начальная школа, было открыто в Симферополе 10 июля 1793г. Главным предметом в нем был Закон Божий, за которым следовали русский, немецкий и французский языки, а также арифметика, история, география и рисование. Четыре годя подряд со дня его открытия училище было 4-х классным и называлось «Главным народным училищем», а затем, после смены губернатора области, стало 2-х классным и соответственно - Малым… В нем читались все те же предметы, но только в сокращенном варианте. Сначала училище подчинялось Таврическому приказу общественного призрения, а с 1806 года перешло в ведение Училищного комитета Харьковского университета. Со сменой высшего начальства произошли изменения и в программе обучения: иностранные языки были отменены, а введены естествознание, физика и технология. Постепенно выросло и число учащихся. Так, по сохранившимся документам в 1809 году в «Уездном народном училище» г.Симферополя училось уже 75 мальчиков и 20 девочек. На выпускные экзамены в конце учебного года, как это было принято в то время России, приезжали почетные гости. Например, в 1910 году ими были Новороссийский губернатор дюк Э.О.Ришелье и Таврический губернатор А.Бороздин. Таких учебных заведений к концу XIXв. по всему Крыму было достаточно много. Примечательно, что в таком городке, как Евпатория, их оказалось вдруг более всего: на 27тыс. жителей приходилось более 30 учебных заведений! Каково?! Причем практически для всех крымских национальностей – школы русские, караимские, татарские, греческие, немецкие, армянские и еврейские. Помогать таким 2-х классным народным школам считали своим долгом местные купцы.
Размещалось Училище в доме бывшего подполковника Таврической областной прокуратуры Д.Лесли. Сам он выехал из Крыма, а это одноэтажное здание, крытое черепицей и насчитывавшее до десятка комнат, безвозмездно передал на нужды народного образования. Позднее дом был обнесен каменной оградой, а по бокам пристроены еще два флигеля (ныне это - пер.Совнаркомовский, 3). Кстати, план дома Д.Лесли, нарисованный когда-то в 1824 году преподавателями, как это ни странно, не утерян за долгие годы, а существует и доныне.
Но какими бы умными и одаренными ни были выпускники Уездного народного училища, по существовавшему положению они не могли поступать в высшие учебные заведения, минуя обучение в гимназии. А вот ее-то в Симферополе и не было.

По этой причине в 1812 году в одном доме с Народным училищем открывается и первая в Крыму гимназия. Обучение в ней какое-то время, почти, как и в Училище является всего лишь трехклассным, да и в одном здании им, двоим, становится совсем тесно… Через некоторое время по распоряжению губернатор Бороздина для гимназии был приобретен дом у княгини Горчаковой; были и другие переезды… Так что сменилось не одно поколение гимназистов, пока гимназия, наконец, в 1841 году не утвердилась окончательно в просторном каменном двухэтажном здании по улице Екатериненской – бывшем особняке генерал-майора Ревелиоти, выкупленном у него за казенный счет. Собственно, и по сей день в этом же здании находится Симферопольская гимназия №1 (ул.К.Маркса, 32). С 1874 года гимназия становится 8-ми классной. История гимназии интересна и многообразна, но что всегда было характерным для нее – это, конечно же, ее педагогический коллектив – ее «золотой фонд», который все годы тщательно подбирался, начиная со времен первого директора гимназии Ф.Заставского. В ней работали и преподавали талантливые, передовые и весьма известные в Крыму люди, например: исследователь древностей Крыма, караимский ученый-просветитель И.И. Казас прослужил в гимназии 20 лет (он же - автор учебников для караимских и татарских школ, а также создатель первой татарской учительской и первой женской караимской школ); там же трудился более 50 лет (!) учителем русского языка и словесности А.И.Маркевич - археолог, краевед и этнограф (в 1827 году за выдающийся вклад в развитие науки он был избран членом-корреспондентом АН СССР, не имея научной степени, что само по себе было редчайшим случаем); еще одним преподавателем был И.П.Деркачев - автор многих учебников и книг для детей (его учебник украинской грамматики был во всех школах Украины, причем распространялся бесплатно); химию одно время преподавал сам Д.Менделеев…

Read the rest of this entry »

Это событие, случившееся в Ташкенте в 1921 году, было сродни разорвавшейся бомбе. Еще бы – в то время как вся страна вела непримиримую войну с религией, «освобождая» советское население от всех и вся заповедей, грабя и уничтожая храмы и священнослужителей, известный и заслуженный человек, главврач ташкентской больницы, блестящий хирург, доктор медицины, автор ряда монографий, наконец, преподаватель медицинского факультета Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий принимает… священнический сан. Что это? Зачем это?! Непонятно… Ведь это не какой-то «полуграмотный мужик», а профессор! Тут только руками развести, ведь теперь даже любой школьник знает: «Бога нет, а есть наука!». Большая группа студентов, во главе с одним из профессоров, недоумевая и негодуя, идут к Войно-Ясенецкому прямо домой, чтобы образумить и удержать советского преподавателя от такого вопиющего и старорежимного шага. Ну, как было им все объяснить? «Что поняли бы они, если бы я сказал им, что при виде карнавалов, издевающихся над Господом нашим, Иисусом Христом, мое сердце громко кричало: не могу молчать!», - сокрушался потом отец Лука (именно под этим именем Валентин Феликсович постригся в монахи). И конечно, о таком необычном человеке хочется рассказать поподробнее, тем более что он наш земляк…

Родился Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий 26 апреля 1877 года в Крыму, в городе Керчи. В юности учился в Киеве: сначала окончил художественно училище, а затем и медицинский факультет Киевского университета. После чего отправился хирургом-добровольцем на русско-японскую войну. Потом работал земским врачом в Переяславле-Залесском. Ему не было еще и сорока, когда вышла его первая монография «Региональная анестезия», за которую он удостаивается степени доктора медицины. В первые годы революции профессора назначают главным врачом Ташкентской горбольницы. В ней-то и наживает он себе первого врага. Некто «товарищ Андрей», работавший в больничном морге и чуть было совсем не изгнанный с работы за пьянство и воровство принципиальным главврачом, пишет на него донос. В городе тем временем начинаются «чистки противников режима», и донос приобщен к толстой пачке «собранных материалов». С большой толпой арестованных и со своим помощником доктором Рутенбергом Валентин Феликсович был отконвоирован в железнодорожные мастерские, в которых и вершился «скорый ревсуд». На разбор каждого тратилось буквально по нескольку минут. В списке то и дело появлялись кресты – приговоры приводились в исполнение здесь же, под мостом. И даже не смотря на эту страшную (во всех смыслах) скорость «судопроизводства», своей очереди врачам пришлось ждать 12 часов! И все это время профессор был совершенно спокоен и невозмутим. Уже поздним вечером прибыл один высокопоставленный партиец, к счастью, хорошо знавший Войно-Ясенецкого. Спустя 10 минут обоих врачей освободили. Все так же спокойно профессор вернулся в больницу и встал за операционный стол.

Read the rest of this entry »

Вы давно были в Феодосии? Давненько. Но не в начале же ХХ века?!

А между тем интересное было время… И чтобы хоть ненадолго оказаться в нем, для начала откроем один из старых путеводителей и узнаем, что в конце XIX – начале XXвв. Феодосия ценилась прежде всего своими «морским купальнями - одними из лучших в Крыму, а также удобным песчаным покатым дном и довольно спокойным морем, в виду благоприятного расположения города на берегу залива, обрамленного горным массивом Тете-оба». Курортная публика тогда не лежала вповалку на пляжах в привычном нам виде, а требовала к себе уважения и удобств в виде «отдельных номеров для раздевания», а так же «буфета, бесплатной читальни, парикмахерской и пр.»

И путеводитель не обманывал: действительно, городские феодосийские купальни предлагали более 100 таких номеров, как с общим выходом в море, так и с отдельными особыми лестницами (разумеется, и за особую плату). А при некоторых морских купальнях имелись даже теплые морские ванны для тех, кому вода в море казалась недостаточно комфортной температуры!.. Нужно лишь добавить, что со стороны администрации выставлялось единственное требование: «купальные костюмы были обязательны для лиц обоего пола свыше 10 лет».

 
Когда начинался полуденный зной, публика с пляжа отправлялась обедать и отдыхать в прохладу снятых апартаментов. Кто в гостиницу («Европейская» и «Центральная» были лучшими и располагались на главной улице – Итальянской; на ней же, впрочем, были и гостиницы попроще – «Гранд-отель» и «Северные номера»), а кто – в одну из многочисленных приморских дач Папахристо, Розенблюма, Рубанова, Виноградова, Каменского и др. Но чем в курортном городке можно было заняться ближе к вечеру? Феодосия тогда была, прямо скажем, небольшой (всего 27тыс. населения, половину которого составляли русские и украинцы, а другую - евреи, караимы, татары и армяне) и все ее достопримечательности можно было посетить за пару дней. К этим местам относились: картинная галерея И.К.Айвазовского, завещанная им родному городу («за вход взимались 20коп. в пользу благотворительного общества»); Музей древностей, открытый с 1811 года (его здание также было построено по проекту Айвазовского); памятник со словами – «Императору Александру III от благодарной Феодосии», маяк на мысе св.Ильи, поездку на который настоятельно рекомендовал все тот же известный путеводитель как «очень интересную, благодаря открывающемуся виду на город, залив, море, весьма оригинальный мыс Киик-Атлама и Коктебельские горы». Еще, стоя в Феодосийском порту, можно было вдоволь любоваться древними стенами с большой башней «еще генуэзской постройки», за которыми располагался «главный карантин на Черном море» и где стояли суда под разными флагами на «эпидем.проверке», прежде чем им будет позволено проследовать далее в Черное или Азовское моря. Кроме того, в городке было 4 православных храма, «из которых особенно Александро-Невский собор заслуживал осмотра по своей архитектуре и отделке», а также несколько армянских, греческих, лютеранских церквей, костел, еврейская и караимская синагоги и четыре мечети.

Read the rest of this entry »